СОЧЕЛЬНИК ГДЕ-ТО В МЭРИЛЕНДЕ
- Думал, ты не придешь. - Прости.
Очереди были хуже, чем в час пик на 95 шоссе.
Если я услышу «Silent Night» еще раз, начну брать заложников.
- Что мы здесь делаем? - Следим.
- В сочельник? - Это важная дата.
- Без шуток. - Объясняет, почему мы здесь.
Заглуши мотор, расскажу детали.
Малдер, мне надо подарки упаковывать.
Ночь перед Рождеством.
Слушаю. Говори подробности.
Если у тебя дела на Рождество, то я не хочу...
Малдер, я проделала этот путь. Думаю, имею право знать, зачем.
Я думал, ты более любопытна.
- Кто живет в этом доме? - Никто.
- Тогда кого мы выслеживаем? - Бывших жильцов.
- Они вернулись? - В этом вся суть.
Понятно. Темное готическое поместье.
Вездесущий туман, окутывающий чащу.
Стой, я слышу собаку, лающую на болоте?
Нет. Кто-то пустил газы.
Малдер, ты же не позвал меня в сочельник
охотиться на привидения.
Вообще-то их называют призраками.
Малдер, называй как хочешь. Я хочу излучать праздничное настроение.
У меня семья собирается под елкой в 6:00.
Я быстро. Просто расскажу подробности.
- Итак. - Рождество 1917 года.
Время глубокого отчаяния.
Наши солдаты умирали в жуткой битве в объятой войной Европе,
пока на родине смертельный штамм вируса гриппа
одинаково сражал и молодых, и старых.
Трагедия стучалась в каждый дом,
и безнадежность подкрадывалась и селилась в каждом.
Время глубокого отчаяния.
Ты уже говорил.
Но для пары несчастных влюбленных здесь, на Ларкспер-Лейн 1501,
трагедия пришла не от войны или чумы,
не от подковы или бомбы,
а от их собственных невинных рук.
- Продолжай. - Его звали Морис.
Мрачный, но храбрый парень,
любимый Лиды, утонченной красотки,
которая освещала всё вокруг.
Их сравнивали с ангелами, посланными с небес,
кого боги не смогли защитить от ужасов
этой холодной серой земли.
И что с ними случилось?
Ведомые страхом разлучиться,
они заключили пакт любви
о том, что вечно будут вместе
и не встретят ни одного Рождества порознь.
Они себя убили?
И теперь их призраки навещают этот дом каждый сочельник.
Сам себя напугал.
Хорошая история, Малдер,
и хорошо рассказанная, но я не верю в нее.
- Не веришь в привидения? - Тебя это удивляет?
Ну, да. Я думал, все верят в привидения.
Малдер, в другой вечер я бы позволила тебе меня уговорить,
но елки украшены, и мне надо ехать.
- Поздравляй семью. - Что ты делаешь?
Малдер, а тебе никуда не надо?
Только посмотрю.
И не подумаю. Мое новогоднее обещание.
Малдер?
- Передумала? - Ты взял мои ключи от машины?
- Нет. - Малдер, хватит, не смешно.
- Зачем мне твои ключи? - Может, ты...
Может, случайно.
Может, это привидение.
Холодный ветер.
Должно быть, окно открыто наверху.
В прогнозе сказали, вероятность дождя 80%.
Может, даже будет снежное Рождество.
СЕКРЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Паранормальная активность
СПЕЦИАЛЬНЫЙ АГЕНТ ФБР Фокс Малдер
ПРАВИТЕЛЬСТВО ОТРИЦАЕТ ОСВЕДОМЛЕННОСТЬ
СПЕЦИАЛЬНЫЙ АГЕНТ ФБР Дана Скалли
ИСТИНА ГДЕ-ТО РЯДОМ
Думаю, духи среди нас.
Может, перестанешь меня пугать и откроешь дверь?
Звучит так, будто кто-то ходит наверху.
Вот. Слышишь?
Малдер, мне правда надо ехать.
- Бояться нечего. - Я не боюсь.
Привидения - добрые существа.
В большинстве своем.
Мне не страшно, Малдер.
Слушай, мне правда надо домой.
Малдер...
- Что это было? - Это игры воображения.
Это впитавшиеся клише из тысяч фильмов ужасов.
Когда слышим звук, нам страшно.
Видим тень и позволяем себе вообразить нечто,
что в повседневной жизни не приняли бы всерьез.
И всё это... Малдер.
Вся идея добрых существ идеально совпадает с тем, что я говорю.
Дух может материализоваться или вернуться
только для того, чтобы показать себя - это глупо и смешно.
Это показывает, как глупы и смешны мы,
чтобы в такое верить.
То, что мы игнорируем все природные законы о теле,
когда видим этих духов, одетых в собственные поношенные костюмы,
с теми же стрижками и прическами,
не стареющих, не ищущих более удобных домов.
Всё это больше говорит о живых,
чем о мертвых.
Малдер, не нужна степень по психологии, чтобы понять,
какие бессознательные желания удовлетворяют эти фантазии.
Стремление к бессмертию,
надежды, что по ту сторону бренного мира что-то есть,
что мы всегда будем с любимыми.
Это очень сильные желания.
Именно это и составляет нашу человеческую сущность.
Кстати, саму сущность Рождества.
Скажи, что тебе не страшно.
Ладно. Мне страшно.
Но это иррациональный страх.
- Я тебя прикрываю. - Спасибо.
Тебе не приходило в голову, что здесь нет призраков,
а что здесь просто кто-то живет?
Никто.
Но когда мы сидели в машине, здесь горел свет,
и посмотри на это.
Наверное, скачок электричества.
Малдер, ты заметил,
что часы внизу показывают точное время?
Правда?
И как ты это объяснишь?
Малдер, огонь только что потух.
Да.
Не расстраивайся так.
Зачем кому-то жить в проклятом доме?
То есть призраков тебе мало. Он еще и проклят?
Все пары, что здесь жили, кончили трагически.
Три двойных убийства за 80 лет, все на Рождество.
Опять этот звук.
Малдер?
Это не смешно!
Думаю, под полом есть тайник.
Что ты собрался делать?
Кто-то может быть там заточен.
- Нет. Не сейчас. - Их нужно освободить.
У тебя есть пистолет?
Ты была и в более опасных ситуациях.
Я был наполовину прав.
Боже мой.
Эй, Скалли.
Посмотри на это.
Это женщина.
Кажется, их застрелили.
- Знаешь, что странно? - Что?
Малдер, на ней моя одежда.
Как неловко.
И знаешь что? На нём - твоя.
О, Скалли.
Это же мы.
Эй, Скалли.
Это та же комната.
Так.
- Я начинаю понимать. - Да.
Ты идешь через эту дверь, и я...
- Я должен выйти через эту дверь. - Точно.
- Малдер? - Скалли?
Скалли!
Эй, Скалли!
Скалли, ты меня слышишь?
Эй!
- Кто вы? - Это я должен спросить,
раз вы стоите в моем доме.
Это же не проникновение в дом?
- Нет. - Хорошо.
Вам показать выход?
- Очень смешно. - Я не шучу.
- Вы видели дверь? - Я сейчас на нее смотрю.
Скажите, что вы видите.
Вижу дверь с простреленным замком.
Заплатите за него?
За ней - дверь с кирпичной стеной.
Да, конечно.
Вы играете со мной в игры.
Если так, извините, но я не знаю игр.
Да? Это само по себе игра, так?
Вы с самого начала играли с нами.
То есть мы здесь не одни?
Смешно слышать это от привидения.
Да!
Пистолет меня сначала немного напугал.
Вы охотник за привидениями?
И думаете, что я привидение?
Я видел много странных парней здесь
со странным оборудованием,
но вы первый, кто пришел с оружием.
Странных парней?
Как тех, что под полом...
- Как вы это сделали? - Я ничего не делал.
Здесь были трупы. Тела, захороненные под полом.
Присядь, сынок.
- Ты пьешь? Наркотики? - Нет.
- Куришь траву? - Нет.
Тебя захватило желание заставить всех тебе поверить?
Я занимаюсь психическим здоровьем.
Специализируюсь на расстройствах и маниях,
связанных с патологическим поведением, относящимся к паранормальному.
Ух ты, не знал, что такое существует.
Моя специализация - так называемые изыскатели.
Я разработал подробную классификацию,
много общаясь с посетителями вроде тебя.
Я понял, что вы все попадаете в одну категорию.
Что за категория?
Нарциссичные, рьяные, самодовольные эгоцентрики.
Ух ты. Это категория?
Ты думаешь, что ты искренний,
но у тебя склонность к обсессивной компульсивности,
трудоголизму, мизантропии.
Благодатная почва для впадения
в полный маразм.
Не думаю, что это на меня похоже.
Правда? Ты ходил по моему дому, размахивая пистолетом.
Как лунатик, бредил о какой-то воображаемой кирпичной стене.
Ты, наверное, убедил себя, что видел пришельцев.
Знаешь, почему ты думаешь, что видишь эти вещи?
Потому что я их видел?
Потому что ты одинок.
Одинокий мужчина
гоняется за парамастурбаторными иллюзиями,
которые, по твоему мнению, придадут твоей жизни смысл и значимость,
которые твоя плохая социальная адаптируемость
не позволяет тебе найти где-то еще.
Вероятно, считаешь себя
страстным, серьезным, непонятым, я прав?
Парамастурбаторные?
Большинство скорее засунут пальцы в розетку,
чем побудут минуту с тобой.
Постойте секунду.
Всегда один на Рождество?
Я не один.
Еще больше самообмана.
Нет, я пришел с напарницей. Она где-то в доме.
За кирпичной стеной?
Как ты заставил ее идти с тобой? Украл ключи от машины?
Ты знаешь, почему это делаешь,
слушаешь ее бесконечное рационализаторское брюзжание.
Потому что боишься.
Боишься одиночества.
Я прав?
Я просто хочу найти свою напарницу.
Хорошо. Так просто.
Легче некуда.
Кирпичная стена...
Или кирпичная стена?
Давай же, измени свою жизнь.
Малдер?
- Нет! Я не причиню вам боль. - Я из ФБР! У меня оружие!
- У вас что? - Оружие.
- Что вы сказали? - Оружие!
- Вы из ФБР? - Пожалуйста, я нервничаю.
Не подходите ближе.
Я специальный агент Дана Скалли.
И я могу...
- Могу показать удостоверение. - Боже мой.
- Я думала, вы привидение. - Могу вас уверить, что нет.
Я искала напарника и застряла здесь.
А, этот долговязый с благородным профилем?
- Вы его видели? - С вами в фойе.
Я тоже приняла его за привидение.
Это были вы.
Я иногда хожу во сне. Я подумала, может, мне приснилось.
Но тут опять появились вы.
Простите. Не хотела вас напугать.
Я...
Мы просто нашли тела.
Тела? Где?
Прямо...
Вы словно призрак увидели.
В этом доме есть призраки.
Кто вы?
Я здесь живу, к счастью.
Где мой напарник?
Зачем вы целитесь?
Здесь под полом были трупы.
Думаю, призраки над вами пошутили.
Я не верю в призраков.
Тогда что вы здесь делаете?
Это всё мой напарник.
Он верит в призраков?
Да.
Бедное дитя.
У тебя, должно быть, ужасная жизнь,
раз ты проводишь с ним Рождество
и носишься за вещами, в которые не веришь.
Не подходите.
Я вижу его на твоем лице - страх,
запутанную тоску,
подсознательное желание найти счастье в другом.
Близость через созависимость.
Что?
Может, ты подавляешь истинную причину того, почему ты тут,
притворяясь, что это помощь вне работы,
и ты неспособна признать свою маленькую грязную тайну.
Твоя единственная радость - доказать ему, что он неправ.
Вы меня не знаете.
И вы здесь не живете. Это не ваш дом.
И правда, дома с тобой так не обращаются.
Тогда почему вся мебель закрыта?
Мы красим дом.
А где рождественская елка?
Мы евреи.
Стоять!
Не вынуждайте стрелять!
Оставайтесь на месте!
Мы и правда их привлекаем, да?
- Где Малдер? - Малдер? Его так зовут?
Где он?
Сейчас появится.
Отойдите туда.
Оба.
Идите туда. Туда!
Это нарушает наши гражданские права.
У меня есть друзья-правозащитники.
Руки вверх.
Посмотри, как с нами обращаются.
Уловки и дешевые трюки.
Мы были так хороши в этом.
Годами сводили их с ума.
А теперь у нас лишь одна ночь.
Подход с популярной психологией - чушь.
Он их только раздражает.
Когда мы в последний раз кого-то пугали?
А когда было хорошее двойное убийство?
До того, как этот дом признали негодным.
Это ужасно. Самодеятельность.
Слушай, если мы потеряем репутацию,
нас уберут из путеводителей.
- В прошлом году никто не показался. - Нет...
Почему ты выбрала Рождество?
Почему не Хеллоуин?
А кто полон безнадежности и пустоты на Хеллоуин?
Рождество приходит раз в году.
Ты права.
А эти двое выглядят жалкими.
Покажем им, каким одиноким может быть Рождество.
Узнаю старый рождественский дух.
Вы агент Малдер?
А вы еще кто?
Зачем вы используете мой стул как лестницу?
- Пытаюсь выбраться из этой комнаты. - Пытаетесь выбраться?
- Простите. - Нет. Вам нельзя сюда.
- Бабник. - Старая карга.
Не знаю, кого вы назвали каргой,
но мне не нравится,
когда распускают руки и обзываются.
- Уж точно не в это время. - Вы привидение.
Давайте, продолжайте обзываться!
Что случилось с влюбленными?
Скажу вам, роман - это самое главное.
Это вы.
Вы Лида, а это был Морис.
Но вы постарели.
Надеюсь, своей напарнице вы нравитесь больше, чем мне.
Так. Где же она?
Нет, нет, нет.
Вот она.
«ПРИЗРАКИ, КОТОРЫЕ ПОХИТИЛИ РОЖДЕСТВО» Р. ГРАЙМС
Когда-то я была молода и красива, как ваша напарница.
Смотрите. Морис был такой красивый.
Он и подумать не мог.
СКАЗКА ОБ ОБРЕЧЕННЫХ ВОЗЛЮБЛЕННЫХ
Надеюсь, вы не думаете, что в этом есть преимущества.
В чём?
Думаю, вы пришли сюда, не понимая всего.
- Мы пришли в поисках вас. - Ах, да?
Вы пришли не для того, чтобы быть вместе вечно?
Нет.
Потому что вы полны отчаяния и скорбной рождественской меланхолии?
С чего бы?
Наверное, это ваша напарница.
А что с ней?
- Вы знали, что в доме призраки. - Да.
Может, вам стоило обсудить свои чувства,
прежде чем идти сюда.
Исхожу из опыта.
- Какого опыта? - Не собираюсь углубляться в семантику.
Убийство с самоубийством - вопрос доверия.
Я думал, у вас был пакт любви.
Отбросим поэтические иллюзии. Итог, Малдер, почти тот же.
- Я не всем показываю свое отверстие. - Почему показываете мне?
Вы вряд ли будете есть рождественскую ветчину.
Вы хотите сказать, что Скалли меня застрелит?
Скалли меня не застрелит.
Думай как хочешь, но если выстрелишь первым,
- для нее остальное - акт веры. - Я не буду в нее стрелять.
- Может, она сама застрелится. - Я ей не позволю.
Тела под полом -
может, это какой-то юнгианский символизм.
А может, есть секретный пакт любви.
Мы не влюбленные.
Это не чистая наука.
Но вы оба так привлекательны,
и будет еще много возможностей.
Ну же, бери.
Бери.
Подумай, что это последнее Рождество, в которое ты один.
Я запер ее.
- Для вашей защиты. - Отойдите от меня.
Вы должны выпустить меня.
Я вполне могу спустить курок.
Рад слышать. Лучше бы защитила себя
от своего сумасшедшего напарника.
Что вы с ним сделали?
Освободил его от его безумных замыслов, по крайней мере, пока.
Ты хоть понимаешь, зачем он привел тебя в этот дом?
Я знаю только, что это плохой сон.
Это всё в моей голове.
Но ты все еще размахиваешь передо мной пистолетом, как твой напарник.
Скалли!
Ты понимаешь, как серьезно болен этот человек?
Как ему темно и одиноко?
На что он способен?
Скалли!
- Малдер! - Хочешь ключи от своей машины?
Откуда они у вас?
Ему некуда идти этим Рождеством.
Не с кем.
Он рассказал историю о пакте любви?
Откуда у вас ключи?
Он демонстрирует бессознательную тоску.
Сидящий глубоко ужас одиночества.
Скалли!
Скалли, ты там?
Я здесь, Малдер!
Открой дверь, Скалли!
Открой дверь.
Я столько раз видел, как это происходило в этом доме.
Я вам не верю. Откройте дверь.
Откройте дверь!
- Где Скалли? - Малдер.
Малдер, что ты делаешь?
Малдер!
Отсюда не выйти, Скалли. Нет пути домой.
Малдер, перестань.
Малдер, не подходи. Ты меня пугаешь.
- Опусти пистолет. - Что сделаешь, убьешь меня?
Я не буду в тебя стрелять! Я не хочу!
Я или ты. Ты или я. Один из нас должен.
Малдер, слушай, мы не должны этого делать.
- О да, должны! - Мы можем выбраться.
Даже если бы могли, что нас ждет?
Еще больше одиночества!
А потом еще 365 дней шопинга до еще большего одиночества!
Я не верю тому, что ты говоришь.
Малдер, не верю ни одному слову.
С Рождеством, Скалли.
И с Новым годом.
Отпустите меня!
- Отпустите меня! - Вернись!
Отпусти!
Отпусти меня!
Скалли!
Скалли.
Малдер.
Это ты?
- Что ты сделала? - Я не поверила этому, Малдер.
Не поверила чему?
Не поверила, что ты это сделаешь.
Что я...
С Рождеством, Малдер.
Что ты делаешь?
Скалли?
Скалли!
Я не смогу.
Не сможешь.
Без меня не сможешь.
Ты боишься, Малдер?
Я боюсь.
Я тоже.
Ты должна была продумать это.
Должна была.
Ты первая выстрелила!
Я не стреляла. Это ты стрелял.
Скалли.
Что?
Вставай.
Не могу.
Вставай. В тебя не стреляли.
Что?
Давай. Это трюк. Это всё в твоей голове.
Слышишь? Рождество.
О нём напишут в книгах.
Мы почти поймали этих двоих, да?
Почти.
Две такие одинокие души.
Не давай нашим промахам нас запутать.
Интересно, что они на самом деле здесь искали.
Трудно сказать.
Для людей теперь
это всего лишь еще один безрадостный день в году.
- Но не для нас. - Нет.
Мы не забыли, что значит Рождество.
Я не заслуживаю такого счастья.
Ничего не могу поделать.
Просто ничего.
Скрудж сдержал свое слово.
Он стал таким хорошим другом и хозяином,
таким хорошим человеком, какого не знал ни этот,
ни любой другой город, городок или поселок во всем мире.
А малютка Тим...
Я не могла уснуть.
Я...
- Можно войти? - Да.
Разве ты не должна была открывать подарки с семьей?
Малдер,
ничего сегодня не случилось в реальности.
Это всё было в наших головах, так?
Похоже на то.
Не то чтобы я люблю доказывать, что ты неправ.
А когда ты это доказала?
А зачем ты меня взял с собой?
Ты не хотела быть там?
Это...
Звучит ханжески
и нарциссично, да?
Нет, я хотела сказать,
может, я и хотела быть там с тобой.
Знаешь,
я помню, что мы договорились не делать подарков друг другу, но...
У меня для тебя кое-что есть.
- Малдер. - С Рождеством.
У меня тоже для тебя кое-что есть.